Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Ц53. В. НАБОКОВ "Приглашение на казнь" -- А. Блок "Балаганчик"

 "Балаганчик":

"Даль,  видимая  в  окне, оказывается нарисованной на бумаге."


"Приглашение на казнь":

"Нет, это было лишь подобие окна; скорее -- витрина, а за ней -- да, конечно, как не узнать! -- вид на
Тамарины Сады. Намалеванный в нескольких планах, выдержанный в мутно-зеленых тонах и
освещенный скрытыми лампочками, ландшафт этот напоминал не столько террариум или
театральную макету, сколько тот задник, на фоне которого тужится духовой оркестр."


Р.S. О, оказывается, что О. Сконечная раньше подметила, не знал этого.

В. НАБОКОВ "Дар"

В книге А.А.Долинина «Комментарий к роману Владимира Набокова "Дар"»
комментарий к первой главе 1—55:

В мокром луче фонаря <…> капли на кожухе все до одной дрожали.
Возможно, отголосок первой строфы известного стихотворения Фета:

«Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали
Лучи у наших ног в гостиной без огней.
Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,
Как и сердца у нас за песнию твоей»


Не могу понять, как дрожание капель на кожухе автомобиля является отголоском этой строфы Фета? Можно привести примеры из русской литературы, где описывается дрожание капель на различных предметах, частях тела и т.д. А уж просто дрожание струн, струны или дрожание струн музыкальных инструментов и подавно. Хотя, стоит слово – возможно.

Ц16. В. НАБОКОВ "Приглашение на казнь" - "Ульдаборг"

 Cтих как готовый скелет для будущего романа, обрастет плотью и кровью в "Приглашении на казнь"

        В.В. Набоков
         Ульдаборг
(перевод с зоорландского)

Смех и музыка изгнаны. Страшен
Ульдаборг, этот город немой.
Ни садов, ни базаров, ни башен,
и дворец обернулся тюрьмой:

Математик там плачется кроткий,
там -- великий бильярдный игрок.
Нет прикрас никаких у решетки.
О, хотя бы железный цветок,

Хоть бы кто-нибудь песней прославил,
как на площади, пачкая снег,
королевских детей обезглавил
из Торвальта силач-дровосек.

И какой-то назойливый нищий
в этом городе ранних смертей,
говорят, все танцмейстера ищет
для покойных своих дочерей.

Но последний давно удавился,
сжег последнюю скрипку палач,
и в Германию переселился
в опаленных лохмотьях скрипач.

И хоть праздники все под запретом
(на молу фейерверки весной
и балы перед ратушей летом),
будет праздник, и праздник большой.

Справа горы и Воцберг алмазный,
слева сизое море горит,
а на площади шепот бессвязный:
Ульдаборг обо мне говорит.

Озираются, жмутся тревожно.
Что за странные лица у всех!
Дико слушают звук невозможный:
я вернулся, и это мой смех --

Над запретами голого цеха,
над законами глухонемых,
над пустым отрицанием смеха,
над испугом сограждан моих

Погляжу на знакомые дюны,
на алмазную в небе гряду,
глубже руки в карманы засуну
и со смехом на плаху взойду.
      1930

Антракт. Лаура и ее оригинал

"Она была щупла до невероятности. Ребра проступали. Выдававшиеся вертлюги бедренных мослов обрамляли впалый живот, до того уплощенный, что его и животом нельзя было назвать.
Collapse )

Из трех красавиц Мадрита всего лучше поступила та, которая дала два реала

Примечания Андрея Бабикова:
 Имеется в виду бульварная песенка «Шли по улицам Мадрита…», известная во многих вариантах с начала XX в. («Мадрит» — старая форма произношения, встречающаяся, например, у Пушкина в «Каменном госте» или у Василия Боткина в его замечательных «Письмах об Испании», 1851).

Collapse )